Эдик и Санёк рассказали, как снимают смешные ролики, на которые «подсел» не только Витебск
Автор:
Опубликовано:
17
Декабрь
2020
Комментарии: нет комментариев
Рубрики: Беларусь Видео Политика


У обоих комиков — педагогическое образование. Эдуард Буевич — учитель химии и биологии, Александр Коренман — математики и информатики. Какое-то время ребята работали в школе, но потом ушли в ивент-индустрию, так как оба — опытные кавээнщики: Эдик — еще со школы, а Санек — с первого курса университета.

Сейчас ведут свадьбы, корпоративы, выпускные, дни рождения, концерты. Заполучить на свадьбу Эдика или Санька в качестве тамады в Витебске — это очень круто.

Эдик и Санек
Фото Алеся Пилецкого

Журналист TUT.BY познакомилась с ребятами поближе и узнала, что за минутным роликом — неделя, а то и две кропотливой работы: из сотен шуток авторы отбирают лишь десяток самых удачных.

— Ребята, что у вас за жанр-то вообще?

Александр: Сейчас близко к мокьюментари (от англ. mockumentary — псевдодокументалистика. — Прим. TUT.BY). Но, скорее всего, это просто пародии на типичные новостные сюжеты. В Беларуси в общей сетке вещания нет негосударственных каналов, а на государственных новости порой подают в довольно агрессивном ключе. Бывает так псевдопатриотично, что лично мне смешно на это смотреть. Ведь если воспринимать эту информацию всерьез, можно рехнуться. Поэтому нам важно, чтобы те, кто «закапывается» в ситуации, не видит выхода, улыбнулись, посмеялись.

Эдуард: Наш с Сашей основной доход — свадьбы. Но там ты развлекаешь людей больше по шаблону — и не можешь полностью реализовать себя. А нам хотелось генерировать что-то более интересное, и так как мы с Сашей — выходцы из КВН и много лет писали шутки, то решили делать скетч-шоу: снимали забавные ситуации из жизни двух друзей — Эдика и Санька. Название проекта родилось легко: #эдикисанёк. Первый такой ролик вышел в мае 2018 года.

Александр: В какой-то момент мы поняли: нужно делать контент для интернета. И это должен быть простой, понятный всем юмор. Однажды мы гуляли по городу и поставили цель: сегодня за прогулку придумаем наш первый ролик.

Потом стали понимать, что упираемся в ограниченную аудиторию: наши друзья, друзья друзей… Но один ролик случайно показали в передаче Андрея Малахова на «Россия 1», и мы сильно угорали, когда нам стали писать незнакомые тетеньки о том, что нас видели по РТР.

А в 2019 году мы пришли к социальным роликам. Первое видео, вызвавшее резонанс в белорусском интернет-пространстве, было про «Табакерки», которые тогда начали устанавливать повсеместно. Про нас написал TUT.BY, мы получили хороший фидбэк.

Эдуард: В конце концов, перепробовав разные форматы, в марте 2020 года мы сделали первый ролик «Региональных новостей» — про повышение цен на бензин. И он получил больше реакции и охвата, чем предыдущие! Ролик оценили ребята с шоу «Макаенка, 9», взяли его в эфир.

А второй ролик, про закрытие границ и белорусских пенсионеров, сразу стал вирусным и разлетелся по всему интернету. Его репостили звезды, ролик попал в один из YouTube-проектов комика Ильи Соболева.

В дальнейшем наши видео стали замечать и другие российские медиаперсоны. Например, сюжет «Выборы — всегда праздник» попал в шоу «Редакция» Алексея Пивоварова.

Александр: Наши «Региональные новости» стилизованы под репортажи местных СМИ, и мы используем там все штампы региональных телеканалов. Это планы, которые берет оператор, это типичный голос диктора за кадром и т.д. Этот жанр уже используют — в России популярны ролики про вымышленного депутата Виталия Наливкина. К слову, вначале нас упрекали, что мы копируем скетч-шоу с Наливкиным, а теперь даже иногда говорят в комментариях, что мы смешнее. Это нам льстит. Дело в том, что в роликах российских коллег и в наших — разная подача юмора: у них он в действии, а у нас в основном в репликах.

И вот когда мы стали обсуждать актуальные проблемы в формате «Региональных новостей», сразу же появилось большое внимание. Выросла и аудитория. Если начинали мы с тысячи просмотров, то потом ролики стали набирать по 10 и более тысяч просмотров. Сейчас мы развиваем проект на двух площадках — в личных аккаунтах в инстаграм и на YouTube-канале.

Некоторые ролики набирают более 100 тысяч просмотров у нас в соцсетях, а если учесть, что как только мы их публикуем, они разлетаются по различным крупным порталам, то в сумме просмотры ролика могут перескочить за миллион.

Эдуард: Сложно пройти путь от нуля до единицы, а дальше уже легче. Сейчас тоже есть свои сложности, но уже появилась общая концепция проекта.

— Смеяться над проблемами сложно. Но вы умеете пошутить над тем же коронавирусом или отчислением протестующих студентов так, что это не выглядит цинично. Как удается находить тонкую грань между удачным и неудачным юмором?

Александр: Юмор неотъемлемо связан с тем временем, в котором ты живешь. Он не может быть оторван от жизни. Раньше мы старались не связываться с политикой. А летом, когда уже начали задерживать и сажать людей в тюрьмы, у меня разрывалось сердце. И я понял: мы не можем быть в стороне от этих тем, наши ролики должны быть связаны с актуальной повесткой дня. Но при этом ни весной, когда началась эпидемия коронавируса, ни летом, до и после 9 августа, мы не пытались хайпануть на боли и беде, которую переживают белорусы.

Эдуард: После 9 августа наши ролики стали выходить реже, так как мы не понимали, имеем ли моральное право делать юмористический контент. Уместен ли юмор, когда в стране происходят такие трагические события? А если уместен, то над чем и как шутить?

Александр: Ситуация осложнялась еще и тем, что нам всегда было важно находиться в юмористическом амплуа, а не в амплуа политических блогеров. Поэтому мы снимали о том, что нас веселило. Например, так родился ролик про «просроченное голосование» — когда после выборов избиратели могут голосовать сразу за победителя.

Эдуард: Но вместе с тем мы обозначаем в роликах и свое мнение. Ведь если ты шутишь над тем, что тебе не нравится, это раскрывает твою гражданскую позицию.

— А как реагируют на ваши ролики власти? Не приходилось сталкиваться с репрессиями?

Эдуард: Мы понимаем, что наши ролики — довольно острые. Мы также понимаем, что нас смотрят не только люди, которые хотят повеселиться, но и те, кто хочет в этих видео «что-то найти». Мы понимаем, над чем можно шутить, а над чем с точки зрения закона нельзя. Хотя и понимаем, что если в роликах захотят «что-то найти», то найдут — и за нами приедут.

Мы стараемся не переходить грань, когда шутим над чиновниками. Но сейчас такая ситуация в стране, что любое упоминание власти с точки зрения иронии уже воспринимается как что-то противозаконное, даже если ты максимально в рамках закона.

Александр: Мы знаем, что наши шутки нравятся многим — как по ту сторону баррикад, так и по эту. На наше творчество были разные отзывы — как отрицательные, так и положительные. Но мы нигде не переходили границу. Сейчас мы каждый сценарий — еще до съемок — согласовываем с юристами.

Мы с Эдиком нигде не скрываемся, живем в Витебске, в своей стране. Все, что делаем, делаем ради юмора и хотим, чтобы наши ролики воспринимали как шутки. Каждый выпуск «Региональных новостей» сопровождает дисклеймер «Данное видео несет исключительно юмористический характер и не является реальным новостным сюжетом».

Глупо наказывать людей за юмор. Если уже дойдет до такого, это будет действительно смешно!

Эдуард: А еще, попрошу заметить, мы делаем проект безвозмездно. Никакие польские кукловоды нам не платят.

— В #эдикисанёк зрители уже полюбили и исполнителей второстепенных ролей. Откуда такие яркие персонажи?

Эдуард: В первых роликах мы снимались вдвоем с Саней. Потом внедрили моих родителей. Они, к примеру, снимались в сюжете про коронавирус. Приглашали детей, игроков ФК «Витебск» — то есть тех, кто подходил по тематике ролика. А потом решили, что нам нужны люди яркой внешности, может, где-то фриковатые, маргинальные.

Нам рассказали, что в Витебске есть видеоблогеры, авторы YouTube-канала «Джентльмены фортуны». Это очень колоритные люди, с непростыми судьбами, пришедшие к не очень хорошей жизни, отчего они начали делать ставки на спорт. В какой-то момент нашелся человек из их же среды, который объединил их в одну команду, заставил их поверить в себя. И люди в этом проекте раскрылись, они там просто великолепны! Мы попросили их сниматься у нас. И они снимаются по дружбе, бесплатно, просто потому что им интересно творчество.

И да, ребят из «Джентльменов фортуны» уже узнают. Один раз мы не сняли полного мужчину — его никнейм Братишка. Так люди возмущались: «Где Братишка? Верните Братишку!»

Александр: В наших роликах снимаются простые люди с улицы. Но они органичны в кадре. Да мы и сами не актеры, вышли из самодеятельности. И меня смущает, что мы до сих пор никак не выйдем из самодеятельности. Может, если бы Константина Валерьевича Жониха играл более фактурный гражданин, чем я, было бы лучше? Все-таки, как ни крути, я не похож на чиновника, «замглавы администрации Ноябрьского района». Какие-то его движения, например, трясучку головой, я придумал опять же на уровне своего непрофессионализма.

Эдуард: А с другой стороны, может, именно этот наш актерский непрофессионализм и подкупает людей?

— А имена действующим лицам кто придумывает? Все эти Маргарита Шалёная, Константин Жоних и другие?

Эдуард: Это Саша у нас любитель придумывать нестандарт.

Александр: В моем представлении, Жоних — это мужчина, который долгое время жил с мамой и бабушкой, а в 35 лет решил жениться. Нашел перед свадьбой свой старомодный выпускной костюм с отливом, надел. Мама ему говорит: «Иди бабушке покажись». Тот показывается, и бабушка восхищается: «Ой жоних, які жоних!» То есть это такой несуразный тип, обласканный мамой и бабушкой, который стал чиновником или депутатом и который вынужден комментировать СМИ действия властей. А Маргарита Шалёная — это такой обволакивающий персонаж, хотя у фамилии есть перевод с белорусского: сумасшедшая.

— Чего нам ждать от Эдика и Санька дальше? Над чем смеяться будем?

Эдуард: Сейчас снимаем ролик о том, что нашим чиновникам запретили участвовать в мероприятиях МОК и Олимпийских играх. В ответ на это администрация Ноябрьского района предложила вообще запретить спорт как явление — и тогда не будет проблемы. Тема, конечно, была горяча неделю назад, и мы уже запаздываем с роликом. Но на придумывание шуток уходит много времени — одну фразу можем крутить неделю. Сегодня она нравится, завтра утром проснулся — уже не нравится. Порой такая дотошность идет нам в минус, порой в плюс.

Сценарий минутного ролика пишем от недели до двух. Потом смотрим, что надо по реквизиту, какие нужны актеры. Снимать нам помогают друзья-видеооператоры (раньше Алексей Соколов, сейчас Максим Хохлов). Обычно на съемки уходит день. Монтируем сами. Это обычно долгий процесс, потому что Саша — любитель пересмотреть ролик миллион раз.

Эдуард: Юмор — такая вещь, что если ты работаешь один, сложно сделать качественный продукт. А вдвоем — лучше. В каждый ролик «Региональных новостей» входит 10 шуток, но пишется их 100. И мы друг для друга редакторы. Накидываем идеи, а потом выбираем: смешно — несмешно. Случается, что нужна еще и третья сторона — проверяем шутки на друзьях. Бывает, что нам помогают писать шутки профессиональные авторы — Алексей Дятлов, Константин Гарбузов, Дмитрий Луговцов.

Александр: Дольше всего мы работали над роликом про отчисленных студентов. Две недели думали над финальными кадрами. Причем этот сюжет мы снимали в Минске, там еще есть реплики, которые говорит сотрудник TUT.BY Максим Пушкин.

Но вот когда у нас с Эдиком наконец все сходится — мы понимаем: сейчас это пойдет в народ. И все повторяется по кругу: снимаем ролик, выпускаем, я смотрю его в тысячный раз и говорю себе: «Какая ерунда! Тут не так, тут не то, а вот это мы зря…» А людям нравится.

Метки:
Комментарии: