Как в Витебске семья переболела коронавирусом, а легче всех заболевание перенес 94-летний дедушка

девушке дважды делали флюорографию, один раз рентген, но лишь КТ показало двухстороннюю пневмонию


Михаил Вишневецкий, начальник главуправления по здравоохранению Витебского облисполкома, во время чествования медицинских работников 23 июля сообщил, что в регионе фиксируются лишь единичные случаи коронавируса. По словам чиновника, заболеваемость covid-19 снизилась на 86 %, и все лечебные учреждения Витебска уже работают в обычном режиме, а медики обеспечены всем необходимым.

Возможно, столь низкий уровень заболеваемости коронавирусом в Витебске сегодня связан с тем, что довольно много людей в нашем городе уже перенесли инфекцию? Может, все-таки существует коллективный иммунитет? Вот только какой ценой мы его заработали, если люди в регионе болели сразу семьями и многим требовалась госпитализация. Свою историю «Витебскому курьеру news» рассказала жительница Витебска Анна.

Аня и сегодня не может понять, где и как она смогла заразиться. Еще с начала эпидемии девушка работала дома дистанционно, не пользовалась общественным транспортом, а из квартиры выходила разве что в магазин, да и то старалась всегда надевать перчатки.

В первых числах июня Аня резко почувствовала себя плохо. У нее поднялась температура до 38-39 градусов, держалась практически постоянно и с трудом сбивалась даже парацетамолом. Несколько дней жительница Витебска пыталась отлежаться, надеясь, что ей станет лучше.

Девушка и сегодня с ужасом вспоминает свое состояние тогда: сил не было даже дойти до кухни покушать, по квартире она передвигалась, держась за стенки. При этом никаких других симптомов, тех же насморка и кашля, у нее не было. На пятый день витебчанка вызвала врача на дом.

По этому адресу я обращалась за медицинской помощью впервые, то есть терапевт даже не была со мной знакома. Но уже с порога она заявила, мол, что меня смотреть, это коронавирус, и возмутилась, почему я сама раньше не пришла в поликлинику и не сделала флюорографию. На это я ей ответила, что по телевизору говорят о том, что если вы почувствовали себя плохо, то не нужно никуда идти – лучше вызвать врача на дом. А у меня к тому моменту были все симптомы – температура и полное отсутствие обоняния. Это не передать словами, как страшно, когда ты совсем не слышишь запахов – ни духов, ни кошачьего туалета, ни нашатырного спирта – совсем ничего.

По словам Ани, маску врач надела только когда начала слушать пациентку. А в конце осмотра сказала прийти в поликлинику сделать флюорографию, а, получив результаты, к ней.

Обследование показало, что легкие у пациентки были чистыми, но температура все равно держалась, потому врач дала направление на анализы и назначила сильный антибиотик – «Сумамед». На пятый день Анна вновь пришла на прием. Температура все равно была повышенной, а анализы были далеки от идеальных показателей. Врач снова отправила пациентку на флюорографию. Девушка попробовала возразить, что это обследование ничего не показывает, что лучше сделать КТ, но безрезультатно.

Флюорография у меня вновь была в норме. Тогда терапевт сказала мне допивать оставшиеся две таблетки антибиотика и, в случае ухудшения состояния, вызывать скорую. Я вновь обратила ее внимание на то, что не слышу запахов, значит, у меня коронавирус. Она ответила, что это не показатель, что она тоже запахов не слышит.

Аня вернулась домой из поликлиники в полной растерянности. Переживали за нее и родственники, которые настаивали на том, что нужно ехать в больницу. Витебчанка вызвала скорую помощь.

Я подробно объяснила диспетчеру всю ситуацию. Она, конечно, не ругалась открыто на свою коллегу, но была очень возмущена тем, как можно человека дважды за 5 дней отправить на флюорографию, понятно же, что она ничего не показывает. Через часа три ко мне приехала бригада скорой помощи, меня осмотрели, сделали ЭКГ и отвезли в тубдиспансер. Там в этот же день сделали рентген – снова чисто. Это было в пятницу. И только компьютерная томография в понедельник показала, что у меня двухсторонняя атипичная пневмония.

Анна рассказала, что схема лечения атипичной пневмонии ничем не отличается от той, которая используется при обычном воспалении легких. Три года назад девушка им болела и также лежала в больнице, потому может сравнить. Как в первом, так и во втором случае, ей делали внутримышечно укол антибиотика три раза в день и давали «Амброксол» от кашля.

В больнице мое самочувствие менялось – было то очень плохо, то, казалось, что я иду на поправку. В первые дни я просила медсестру сделать хоть что-то, поставить ту же капельницу с глюкозой, потому что совсем не было сил. В ответ на это меня обозвали «плаксой-ваксой».

Потом мне временно стало лучше, но к следующим выходным я вновь почувствовала себя очень больной. Температура была невысокой, но упало давление, а у них даже лекарств никаких не оказалось. Что мне сказал на это дежурный доктор? Что ей тоже плохо, а 37,4 – нормальная температура, с которой даже домой выписывают.

Аня прокомментировала, что очень много зависит от того, в какое медицинское учреждение и к какому врачу ты попадешь. Например, когда к ним в палату в воскресенье привезли новую пациентку, то другой дежурный врач оперативно назначила ей анализы, отправила на узи-обследование и даже принесла стаканчик кофе, чтобы поднять больной давление.

Тест на коронавирус Ане сделали только на четвертый день госпитализации. Он оказался положительным. Девушке сразу же позвонили с санстанции, уточнили, кода она заболела и с кем контактировала. Узнав, что с момента появления первых симптомов прошло 14 дней, пояснили, что ее родители, дедушка и дочь уже не считаются контактами первого уровня.

Когда Аню готовили к выписке, в эту же больницу попала мама девушки с двухсторонней пневмонией. Еще через пару дней в инфекционную больницу с таким же диагнозом положили отца. К слову, в этом медицинском учреждении у мужчины взяли мазок еще в приемной покое, он оказался положительным. Только после этого бригада приехала на дом, чтобы сделать тест дочери Анны и 94-летнему дедушке. Тест у пенсионера был положительным, а у ребенка – отрицательным. При этом и девочка, и дедушка чувствовали себя неплохо, разве что у ветерана пару дней наблюдалась чуть повышенная температура.

А дальше еще смешнее. Сначала дочка должна была соблюдать изоляцию до 7 июля, потому как считалась контактом первого уровня у моего отца, потом срок продлили до 9 июля, потому что она стала контактом у моего дедушки. Все мои доводы о том, что я заболела первая еще 2 июня, что от этой даты нужно отсчитывать дни, никто не услышал.

А еще через неделю мне позвонили и сказали привести Соню в поликлинику на повторный тест. Я уточнила, как это сделать, если она на самоизоляции. Мне ответили, что в этом случае можно нарушить.

Все члены семьи Анны, к счастью, выздоровели. Уже дома родные обсудили свой опыт госпитализации и пришли к выводу, что больше всех повезло отцу, который попал в инфекционку. В отличие от тубдиспансера, где было два санузла на все палаты одного этажа, в инфекционной больнице у пациентов были отдельные боксы с удобствами, а возле каждой кровати – кнопка вызова медсестры и кислородная установка.

После выписки у меня все равно время от времени могла подняться температура. Еще я страдала расстройством желудка и низким давлением. К слову, после госпитализации в моей поликлинике ко мне отнеслись очень внимательно: отправили в кабинет реабилитации и к психологу, назначили массаж. Предлагали еще ЛФК и барокамеру, но я решила, что ездить на эту процедуру через весь город не буду – вдруг я еще заразна для окружающих.

Впрочем, наш опыт взаимодействия с санстанцией показал, что не так уж они и заботятся о том, чтобы инфекция не распространялась дальше. Да и в поликлинике так называемые «грязные» коридоры сделаны только для вида. По факту я, будучи носителем covid-19, поднималась по тем же лестницам, пользовалась тем же лифтом и стояла в очереди перед кабинетом флюорографии рядом со здоровыми людьми.

Нет, я не за полную изоляцию, но за разумную адекватность в ситуации коронавируса, которую, к сожалению, не всегда можно наблюдать в нашем Витебске.

Кстати, на брифинге 3 августа эксперт Всемирной организации здравоохранения Мария ван Керкхове сообщила, что около 10% населения в разных странах мира переболели коронавирусом. Интересно, какой процент переболевших в Витебске, жители которого первыми в Беларуси встретились с covid-19? Видимо, ответа на этот вопрос мы не узнаем.

У жительницы Витебской области положительный анализ на коронавирус был спустя два месяца после болезни.

Врач после изоляции отправила парня на работу, хотя до этого у него был положительный тест на коронавирус.

 

Подписывайтесь на нас в: Яндекс. Дзен, Google Новости, Telegram-канал, «секретный» Telegram-чат!